Стихи
Бухта Валилабу (остров Сент-Винсент, Карибское море)
Валилабу на Сент-Винсент. Что за чарующие звуки! Но море нас зовет к разлуке, И допивая свой абсент В таверне с вывеской «Анкоридж», Последний раз на пальмы смотришь, Кидаешь в шум прибоя цент. Поднимешь якорь, ставишь грот И в оверштаг на
Бухта Валилабу (остров Сент-Винсент, Карибское море)
Валилабу на Сент-Винсент. Что за чарующие звуки! Но море нас зовет к разлуке, И допивая свой абсент В таверне с вывеской «Анкоридж», Последний раз на пальмы смотришь, Кидаешь в шум прибоя цент. Поднимешь якорь, ставишь грот И в оверштаг на
Песня
Уходил казак, да нахмурившись, Шел он на войну, супостата брать, А жена его, низко кланяясь, Говорила так, провожая в рать: «Ой, любимый мой, ненаглядный мой, Сохрани себя, как меня хранил, А уж ждать тебя, хоть и целый век Мне
Песня
Уходил казак, да нахмурившись, Шел он на войну, супостата брать, А жена его, низко кланяясь, Говорила так, провожая в рать: «Ой, любимый мой, ненаглядный мой, Сохрани себя, как меня хранил, А уж ждать тебя, хоть и целый век Мне
Плот
Я сколочу семь бревен Я подниму один парус И поплыву по воле Тихого океана Руль поверну налево Чтоб повернуть направо Чтобы кипела пена У весел моего плота. Припев: Как жаль, что вокруг лишь море да неба синь И везде океан,
Плот
Я сколочу семь бревен Я подниму один парус И поплыву по воле Тихого океана Руль поверну налево Чтоб повернуть направо Чтобы кипела пена У весел моего плота. Припев: Как жаль, что вокруг лишь море да неба синь И везде океан,
Поминальная
Помянем безногого Сэма Он прыгал по мачтам как демон. Фок мачта для Сэма Была не проблема Помянем безногого Сэма. Помянем счастливчика Джона Он был королем моветона Но как-то попался он В лапы закона Помянем счастливчика Джона Помянем беззубого Тэдди Любил
Поминальная
Помянем безногого Сэма Он прыгал по мачтам как демон. Фок мачта для Сэма Была не проблема Помянем безногого Сэма. Помянем счастливчика Джона Он был королем моветона Но как-то попался он В лапы закона Помянем счастливчика Джона Помянем беззубого Тэдди Любил
8 марта
Не довольно ли нам пререкаться И всем вместе предаться любви Чем сильнее в РОМИРе объятья, Тем пронзительнее соловьи Этих женщин не знаем мы краше И у них мы навеки в пажах Пусть затопят их нежные наши Бури страсти на трех
8 марта
Не довольно ли нам пререкаться И всем вместе предаться любви Чем сильнее в РОМИРе объятья, Тем пронзительнее соловьи Этих женщин не знаем мы краше И у них мы навеки в пажах Пусть затопят их нежные наши Бури страсти на трех
Экспромт
Шалуньи милые! Ну как же хороши И взмах ресниц и тусклый огнь желанья. Для шкиперской, просоленной души Сильней, поверьте, нет очарованья! Я сединою нынче мудр стал, И знаю, что за мысли вы лелеете. Так приходите все на сеновал, Без
Экспромт
Шалуньи милые! Ну как же хороши И взмах ресниц и тусклый огнь желанья. Для шкиперской, просоленной души Сильней, поверьте, нет очарованья! Я сединою нынче мудр стал, И знаю, что за мысли вы лелеете. Так приходите все на сеновал, Без
40 лет
Я взошел на вершину, Не скажу, что я очень доволен. Впереди все в тумане, а назад лучше мне не смотреть. Мне спускаться в долину, А я поясницею болеет. И к тому ж у подножья Мне придется, увы, умереть.
40 лет
Я взошел на вершину, Не скажу, что я очень доволен. Впереди все в тумане, а назад лучше мне не смотреть. Мне спускаться в долину, А я поясницею болеет. И к тому ж у подножья Мне придется, увы, умереть.
Другу Андрею
Как часто в будущее смотрим мы с сомненьем И озираемся с надеждою назад, Но, всё ж, мой друг, долою сожаленья – Нам никогда не будет пятьдесят! Пусть дух бродяжий навещает реже И уж отцвёл почти вишнёвый сад. Поверь мне,
Другу Андрею
Как часто в будущее смотрим мы с сомненьем И озираемся с надеждою назад, Но, всё ж, мой друг, долою сожаленья – Нам никогда не будет пятьдесят! Пусть дух бродяжий навещает реже И уж отцвёл почти вишнёвый сад. Поверь мне,